00:40 

in the porn when i was born sky is blue and see is green
оглядываться на ушедший год - это так естественно, подводить итоги, кто-то заполняет анкету про книгу и песню года, кто-то выкладывает топ-сто своих фотографий, платьев, мужчин,

а у меня стихи.
это очень важное.
за этот год я написал двадцать стихотворений разной степени тяжести. а тех, которыми по-настоящему доволен, всего три:

***
Что там с погодой – летим мы сегодня в Шпицберген?
Или я остаюсь на заливе глядеть в затуманенный берег?
Или я навсегда в запорошенном пухом холодном июне?
Впрочем, мой календарь распрощался со мной накануне:

Накануне войны за свободу пера, перед ясным рассветом,
Когда я, искушенный преддверием терпкого лета,
Обрывал провода, заставлял замолчать телефоны,
Разменял вдруг свой третий десяток на польские кроны,

Распродал десять лет за картину, корзину, картонку.
И остался лишь голос – по-детски неровный и звонкий:
Я кричал через дни и года, сквозь подвалы и крыши,
Сквозь свои восемнадцать, сквозь «доктор, он больше не дышит»,

Сквозь дурные приметы и линии наших ладоней,
Сквозь «люблю, ты звони» и сквозь «доктор, он больше не помнит»,
Сквозь печальный дымок догоравших неправедных книжек,
Сквозь фанеры и кофе на углях в январском Париже,

Сквозь себя. Номера набирал…
Но не смог докричаться в сегодня, а лишь во вчера.

***
За тобою захлопнется дверь уходящего поезда -
И не важно, какой будет день, и неделя, и лето,
Я пойму одиночество этого Южного полюса.
Ты - на Северный и
затеряешься где-то.

За тобою останутся звезды, нули, километры,
У меня - пара старых открыток и твой телефон.
Я бы был с твоим поездом - зайцем, конвертом и ветром,
Только каждый из нас
все равно обречен

На безумную ясность момента и память без точек,
Без провалов, безвременья, черных забытия дыр.
На окне уносящемся быстрый и сбивчивый почерк:
Я писал, что "дарю тебе весь...",
догадаешься - "мир".

Через пару часов я подумаю: "Спит. Или, может, рисует",
Через день - "Едет вдаль", через месяц - "Жива".
Можно все, что угодно: напиться, влюбиться, тоскуя.
Через год все равно
вырастает трава.

***
спой мне семь колыбельных, пока я сплю,
заговаривай мои кудри, считай до ста...
И имеет ли хоть какое-нибудь "я люблю"
больше веса в коробке с фотками, чем места,
вероятность куда вернуться равна нулю?

Если все по-прежнему, я заварю себе чай,
Ты настроишь лиру и скажешь "да"
мимолетным музеям и музам, моя печаль
И - мое же - оброненное невзначай
хлеще самого хлесткого: "ты всегда
уезжаешь, а я остаюсь по ночам".


они все странные, рваные, на каком-то этапе мне хватило сообразительности, чтобы понять, что классический стих - мало свободы, а белый - недостаток музыки (это ведь самое острое), и я начал ломать ритм и форму, как только мне вздумается.

я доволен прошедшим годом. я доволен своим творчеством - я ведь вырасту еще, обещаю. я хочу вторую книгу.
и у меня, разумеется, куча грандиозных планов.
а я всех люблю.
спасибо вам, что вы остаетесь на нашей волне кадзик.фм

@музыка: Три тетради сомнений моим неровным почерком

@темы: рифмованство, kadze's little world

URL
Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

котофход

главная